Год Педагога и Наставника 2023. ЛЮБИМОМУ УЧИТЕЛЮ!

Педагогу-Наставнику-Другу… Посвящение.

«О, русская Земля!
Когда б таких людей
Ты иногда б не посылала
миру, –
Заглохла б нива жизни…»
Н. А. Некрасов

Солнечным утром 1 сентября 1970 года я, ученик 2 класса Вадской средней школы, конечно же, малыш с букетом гладиолусов, которые от тяжести и их высоты еле держались в моих ручках, стоял на торжественной линейке по случаю начала нового учебного года. Всё это действо происходило на небольшой площадке у парадного крыльца сегодняшней начальной школы Вада.
Как всегда, 1 сентября у входа в школу собирается весь учительско-аристократический состав педагогов нашей школы. Все они, наши учителя, были настоящими нашими местными, только нашими, аристократами знаний и силы духа. Прожив уже достаточно долгую жизнь, это осознаешь все больше и больше.
…Но вдруг во двор школы вошла очень непохожая на всех молодая учительница, только что закончившая Горьковский педагогический институт. (Это я всё узнал потом). И вот я, ребенок 2 класса, вижу, как плывёт по асфальту двора школы настоящее чудо, модель с советских журналов мод! Так крепко и запоминаемо первое восприятие этой Красоты. Помню в деталях как сейчас: высокая, статная брюнетка с короткой, необычной по советским временам стрижкой, в удивительно ярком малиновом пальто буклированного тонкого драпа. Это яркое чудо можно было бы и пережить… Но на голове с модной стрижкой черных, как смола, волос водружена широкополая модная фетровая и тоже черная шляпа. Весь школьный двор с восторгом и удивлением смотрел на плывущую между толпы молодую женщину. Она тогда была для меня, мальчика, как «Незнакомка» с репродукции Крамского, висящей в нашем маленьком доме по улице Школьной. Как цепка детская память! Как было возможно пронести через всю юношескую, зрелую жизнь эти вообщем-то незначительные, казалось бы, детали? Всё помню, как вчера.
Тогда я так и не узнал, кто Она. При вселенской моей любви почти ко всем педагогам школы эта красавица так и оставалась для меня какой-то небожительницей, хотя, прокрадываясь по-детски по 2 му этажу школы, часто видел мою «богиню» среди школьной толпы. А позже я узнал, что в кабинете, который был для меня волшебной страной с запахами каких-то веществ, царит и чудодействует она, та самая учительница в малиновом пальто из школьного двора 1970 года.
Детство – это пора человека, которая, к сожалению, очень быстро проходит, и мы взрослеем, переходя из класса в класс. Наконец-то мы, дети, стали изу¬чать неорганическую химию. О, чудо! Так же в наш класс входит она, только ещё более красивая и уверенная в себе. Спокойным, тонким голосом произносит: «Здравствуйте, дети! Я ваш новый классный руководитель и учитель химии. И зовут меня Нина Федоровна Торшина». Эти тихие и спокойные интонации учителя стали громом в ясном небе!!! Свершилось! Она – мой учитель!
Чехов написал, что в человеке всё должно быть прекрасно: и лицо, и слова, и одежда, и мысли. Тогда я, конечно, не читал Чехова, но с высоты прожитых лет понимаю, что это было им написано и про мою новую и долгожданную учительницу.
Уроки Нины Федоровны были похожи на сказку и чародейство. На возвышении над полом, где стоял её стол и химический вытяжной шкаф, парила моя героиня. Позже от неё мы узнали, что это место, возвышение, называется кафедрой, такое непонятное для детей слово.
Мы следили за каждым движением Нины Федоровны и часто не понимали всех её мудреных объяснений: ну, никак не мог понять, почему кислота взаимодействует со всеми металлами, а с медью не может?! Медь ведь тоже металл.
Я стал узнавать, что все вещества состоят из молекул, молекулы из атомов, атомы тоже делятся на ещё более мелкие частицы. И так Учитель нам открывала свою вселенную, только в глубины, вовнутрь любого вещества. И это было, конечно же, очень интересно.
Нина Федоровна, безусловно, была и волшебницей, и хозяйкой своего любимого кабинета химии. Опять же, с высоты своего личного директорского и управленческого опыта диву даюсь до сих пор, как наша Нина в те годы, ближе к летним каникулам, сама на свою небольшую в общем-то зарплату покупала самую лучшую по тем временам краску для пола в свой кабинет.
Удивительно, но и ностальгически вспоминать, что полы в классах, кабинетах и коридорах Вадской школы были из обычных досок… Она сама, ползая на коленях, красила доски пола своего любимого кабинета. И так кабинет химии школы превращался в блистательный пол петербургских дворцов. Мы, дети-ученики, с благоговением снимали сменную обу¬вь, входя в наш любимый кабинет школы. И начинался новый урок, который пролетал стрелой, летящей в сердца любящих её учеников за те 45 минут. Этот кабинет стал для нас вторым домом, а позже и вся школа.
Линейку открывал и тогда, и все мои школьные годы директор, Балаев Иван Андреевич, непостижимо элегантный, наутюженный и модный для мужчин 70 х годов.
Они все в моей памяти, и все они уже небожители, но поименно хочется всех назвать. О, как они были все красивы, умны, нам, детям, тогда, казались недосягаемыми: Шеронова Мария Ивановна, Морунова Александра Григорьевна, Максимова Антонина Андреевна, Кузина Галина Михайловна, Савинова Клавдия Николаевна, Куренков Алексей Григорьевич, Антропова Антонина Александровна, Уреневы Мария Александровна и Владимир Дмитриевич, Богатырева Мария Ивановна, Анисова Валентина Васильевна, Макридина Анна Андреевна, Сергеева Тамара Михайловна, – всем вам, мои дорогие, вечная память и царствие небесное …Навсегда в этом хоре великих классиков от наших школьных дел летала в толпе молодая красавица, наша любимая пионерская вожатая Агеева Любовь Константиновна, ныне Кузнецова. Дай Вам Бог здоровья, Любовь Константиновна, на многие, многие годы. И храни вас, Бог, моих дорогих Абрамовых Валентину Николаевну и Николая Ивановича.
В известном фильме «Доживем до понедельника» старшеклассникам была предложена тема сочинения: «Что такое счастье?». И один герой написал не сочинение, а одно предложение в тетради: «Счастье – это когда тебя понимают!». Знаете, это стало моим девизом по жизни. И раньше, и сейчас, став уже тем, кем стал, я произношу с самозабвением эту фразу. И моё счастье началось в моём детстве, потому что все педагоги и Нина Федоровна меня, школьника и ученика, не только учили, воспитывали, но и понимали.
Я вспомнил учителей Вадской школы, многих педагогов моей школьной поры. Но вернемся к Нине Федоровне Торшиной, педагогу моего детства, юности и зрелости.
Однажды в воскресный день Нина Фёдоровна всех детей класса пригласила на экскурсию в наш вадский лес, в самом начале мая. К школе пришли из всего класса лишь 5 детей. И наша Нина сказала: «5 так 5», а у самой дома муж, тогда еще, двое детей. Нина Федоровна нам, деревенским детям, показывала наш вадский лес так, будто мы его видели впервые: первоцветы под ногами, цветущая ольха и лещина с длинными серьгами, молодые фисташкового цвета листья распускающихся берез, – это было её, Нинино, царство, учителя биологии и химии. Мы, дети, смотрели на весеннюю первозданную природу тогда её глазами и слушали слова нашего любимого учителя. Я и сейчас смотрю в лес и его природу через алмазную призму моего учителя.
…А однажды Нина Федоровна в зимний день (судя по фото из моего архива) раздобыла автобус и наш класс поехал в город Горький, теперь Нижний Новгород, в художественный музей, один из лучших в СССР и теперь в России. И тогда я впервые увидел картины Кустодиева, Рериха, Репина. Как пытлив детский ум! Как я влюбился тогда в шедевры наших прославленных живописцев…
Прошло несколько лет… Я недолго работал в родной школе пионерским вожатым, а Нина, наша любимая Нина Федоровна, в нашей школе уже работала заместителем директора по учебно-воспитательной работе или, как раньше говорили, завучем. Нина Федоровна просила меня готовить и выступать на педагогических советах с целыми лекциями о выдающихся художниках нашего Отечества и эпохи итальянского Возрождения. Просьба Нины Федоровны была для меня законом. Дорогой мой Наставник, склоняю голову и целую Ваши руки за незаметную, деликатную мою влюблённость в великий мир картин, скульптур и архитектуры. Я понимаю, как много Вы тогда сумели мне сказать и открыть. И теперь наш Эрмитаж стал для меня и местом встреч с красотой, и местом отдыха, моим очередным Университетом.
Ангел мой, дорогой Учитель, когда Вы приезжаете ко мне в Петербург и я Вам провожу экскурсию по залам Эрмитажа, я вспоминаю репродукции из журнала «Огонёк», которые я сам молодым парнем показывал в те годы на уроках политпросвещения.
Город Горький, город студенческой юности Нины Федоровны. Это был город, который стал для неё настоящей жемчужиной, «столицей» её сердца и вдохновения. Она нам снова и снова открывала страницы книги под названием «Наша жизнь».
За 41 год педагогического стажа Нина Федоровна воспитала и выучила плеяду благодарных учеников, которые стали гордостью не только нашей малой родины, но и всей России. Я, пожалуй, самый счастливый из них, потому что могу считать себя близким другом всей большой и красивой семьи Нины Федоровны. О детях её тоже можно написать отдельную повесть: Жанна, Миша, Светлана и все внуки – это достойное продолжение всей жизни моего любимого Учителя.
И сейчас, находясь на заслуженном отдыхе, Нина Федоровна продолжает делиться своими академическими знаниями со многими старшеклассниками, готовя их к поступлению в университеты.
Дорогой Учитель, мой Наставник, мой Друг! Пусть будет долгим счастье и удовольствие общения с Вами. Храни Вас Бог!
А. МУХИН, заслуженный учитель Российской Федерации г. Санкт-Петербург.
Фото И. Агапова
#ГодПедагогаНаставника#Образование52#СельскийУчитель#ВадскийМуниципальныйОкруг